 |
Мой дед очень любил животных и мне привил эту любовь. У нас в доме
часто жили кролики, разные птички, рыбки, ну и, конечно, собаки.
Первую охотничью собаку я увидел в поле в 12 лет, я был буквально
зачарован всем происходящим, мне все казалось очень интересным, и
даже таинственным. Первый щенок пойнтера, Бим, которого я взял
случайно, толком ничего не зная о породе, сделал меня пойнтеристом |
 |
на всю жизнь — сразил меня своей красотой и грациозностью.
Кроме того, пойнтера очень умные, послушные и что особенно меня
привлекло — очень энергичные, они никогда не стоят на одном месте,
им нужно двигаться, общаться.
Знаете, у охотников есть поговорка, что каждую собаку в своей жизни
человек будет сравнивать со своим первым щенком. И действительно,
|
 |
всех собак, которые потом у меня жили, я непроизвольно сравнивал с
Бимом, искал сходства.
Обо мне говорят, что я очень строгий в вопросах натаски, и это верно.
Я не делаю поблажек собакам, и считаю, что хозяин отдает свою собаку
в натаску как бы в армию, плац, похлебка, занятия. Собака должна
чувствовать, что я сильнее, что я ее хозяин. Хотя, конечно, у каждой
|
 |
собаки свой нрав, и она тоже живой организм, и у нее тоже бывает
плохое настроение с утра. В таком случае, я прекращаю занятие на
этот день, все равно ничего путного не получится, понимаю, что день
пошел насмарку, и просто завожу собаку домой. Но, несмотря на
строгость, у меня дружеские отношения с собаками, и собаки долго
помнят меня. Например, на выставке, даже через несколько лет, они
|
 |
меня узнают, приветствуют, ласкаются. Не буду скрывать, очень приятно.
Раньше, когда я ходил на охоту я очень много стрелял, у меня была
жажда набить много дичи. Я ходил на охоту со стариками, они добывали
по 2-3 птицы, а мне этого казалось мало, и я бродил весь день по полю,
лесу, в жару и холод, и стрелял, пока не добывал по 5-6 птиц. Сейчас у
меня совершенно иной взгляд на охоту. Мне больше важен не конечный |
| |
результат, а именно сам процесс. Я любуюсь на природу, на свою собаку,
на ее грациозность, на то, как она реагирует на меня. Когда я вижу, как
у собаки горят глаза, как она трясется от напряжения на стойке, как она
ощущает себя охотником, я чувствую себя по-настоящему счастливым
человеком!
Я считаю, что практически каждую собаку можно натаскать. Исключения
бывают очень и очень редко. За все время своей работы, а это около
400 собак, мне попались всего 5-6 собак, с которыми все мои усилия не
дали результата.
Мне повезло — стажировался у больших экспертов, набирался опыта.
Теперь, как эксперт Всероссийской категории, каждый год организую и
сужу на многих состязаниях и выставках. Зимой провожу теоретические
занятия с владельцами молодых собак по дрессировке и натаске, а с
весны сам натаскиваю и помогаю молодым в поле.
Я, к сожалению, никогда не охотился с соколами, но у меня много друзей
— сокольников. Кроме того, в Грузии, где я раньше жил, очень популяр-
на охота на перепела с мимино — ястребом-перепелятником. Осенью,
после окончания сезона охоты, проводится красивый праздник базиери,
на котором показывают работу ловчей птицы и потом ее выпускают на
волю. Несколько лет назад я был исключительно ружейником. Сейчас я
стреляю очень редко, и при натаске я имитирую выстрел, а не стреляю
по-настоящему. Многие мои друзья-охотники посмеиваются надо мной!
Сейчас я бы выбрал птицу. Но понимаете, чтобы охотиться с ней, нужны
определенные знания и навыки, которых, к сожалению, у меня нет.
|
<назад
|
